АБС в беллетристике

Как там у Стругацких: «Нам одного не простят: если мы недооценили опасность. И если в нашем доме вдруг завоняло серой, мы просто не имеем права пускаться в рассуждения о молекулярных флюктуациях – мы обязаны предположить, что где-то рядом объявился черт с рогами, и принять соответствующие меры, вплоть до организации производства святой воды в промышленных масштабах». Это сказал тамошний гэбэшник, и, понятное дело, никаким производством святой воды он не занимался, а занялся он тем, что у человечества пока что – да и в будущем, скорее всего, тоже – получается лучше всего. Убийством. Вот и мы, обнаружив новую игрушку, придумали, что это большая бомба, и теперь с радостным повизгиванием занимаемся отстрелом потенциальных «детонаторов».

Уланов Андрей. Беженец // Городская фэнтези – 2006. – М.: Эксмо, 2006. – С. 24-25.

Васильковые глаза эльфа светились при этом такой безграничной наивностью, что мошеннику ужасно захотелось немедленно предложить эльфу задешево приобрести королевский дворец в Ирукане – заслуженно считающийся архитектурной жемчужиной Четырех Королевств, – а за совсем небольшую доплату еще и каменный мост напротив дворца.

Уланов Андрей. Эльфийская обновка // Фэнтези-2005: Вып. 2. – М.: ЭКСМО, 2005. – С. 263.

– Ты Пабло не говори, но сегодня приколы сплошные. Мы, во-первых, с хабаром! – и друзья показали три отличных швейцарских бинокля и пару малоношеных берцев. /.../

Часть 3. Война миров. Москва на Марсе

Не в громе космической катастрофы, не в пламени атомной войны и даже не в тисках перенаселения, а в сытой, спокойной тишине кончается, видите ли, история человечества.

А. и Б. Стругацкие «Второе нашествие марсиан»

Глава 1. Третье нашествие марсиан

Всю жизнь я страдаю от того, что думаю о людях хорошо.

А. и Б. Стругацкие «Второе нашествие марсиан»

А ментальная удаленность этой новой Москвы от Иерусалима, Донецка или даже Белгорода заставляла подозревать, что Москву сперли марсиане, причем не уэллсовские, понятные и родные паучишки, а страшные штрейкбрехеры из сатиры Стругацких про второе инопланетное нашествие.

Глеба не было в столице всего последний израильский год (ну и прибавить еще три предыдущих годика пандемии, плюс начало СВО, когда он удаленно сидел и работал на дачке, а по делам в Москве перемещался короткими перебежками), но сегодня то, что за это время произошло в родном городе, никакому описанию не поддавалось.

Как будто так же, как в ламповом романе Стругацких, в третий раз прилетели уэллсовские захватчики, но теперь в русскую столицу. И все четыре последних страшных и беспокойных года кормили город и его жителей подлым «синим хлебом», провоцирующим обильное выделение драгоценного для Марса желудочного сока. Не зря американцы во главе с Илоном Маском так рвутся на Марс. Они-то лучше всех секут важность переваривания при бесконечном потреблении. Страна кадавров, желудочно неудовлетворенных. Свои будут на Марсе люди эти американцы.

А теперь некоторые москвичи, возможно, сотрудничающие с Марсом за синий вкусный хлебушек, трансформировались окончательно. /.../

– И думаю, почему бы двум благородным донам не выпить по кружечке танкового пива. /.../

– Девушка, а почему бы благородному дону не выпить еще крафтового, фирменного?

Ускова Ольга. Раша. – М.: АСТ, 2024. – С. 100, 160-162, 168, 173.

Но вы только представьте себе планету, населённую творцами и мыслителями! Мир Полудня, «Туманность Андромеды», Касталия, которую обслуживают сонмы японских роботов! Ни войн, ни болезней, ни преступлений! Власть над материей, штурм звёзд! Да ведь ваше поколение только об этом и мечтало, а мы воплощаем эту мечту!

Успенский Михаил. Райская машина. – М.: Эксмо, 2009. – С. 308.

Небо вняло их просьбам, и вот однажды на исходе правления под девизом «Целомудрие и животноводство» почтенный земледелец вышел на рассвете из своей скромной хижины, чтобы в очередной раз сжечь свиток с прошением Госпоже Великой Бабушке. /.../

Нынешний начальник носил гордое имя Храпоидол и был нестарым еще мужиком высокого роста с весьма запущенной бородой. В бороде водились всякие змеи и сколопендры, да хозяину до этого дела не было.

Первым делом воззвал он к своим богам:

– О владыки Беспредела и Ералаша – Мироед, Супостат, Тестостерон! О вы, унесенные ветром, отягощенные злом, поднявшиеся из ада, утомленные солнцем, потерпевшие кораблекрушение, нагие и мертвые, павшие и живые, без вести пропавшие, без вины виноватые, опоздавшие к лету, нашедшие подкову, неподдающиеся, непобежденные! Люди, львы, орлы и куропатки! Рогатые олени, гуси, пауки, молчаливые рыбы! Звери алчные, пиявицы ненасытные! К вам обращаюсь я, друзья мои!

Он долго так-то разорялся, пока не перечислил всех, кого полагалось.

Успенский Михаил. Там, где нас нет. – СПб.: Терра – Азбука, 1997. – С. 254, 261.