ТЕКСТЫ   ФИЛЬМЫ   КРИТИКА   РИСУНКИ   МУЗЫКА          
 F.A.Q.   КОНКУРСЫ   ФАНФИКИ   КУПИТЬ КНИГУ          

2000 год
Конкурс рецензий

Сержан Нургожин

Нить над пропастью, или Правдивые Зеркала

 

Мысли по поводу творчества Сергея Лукьяненко

 

Начало

 

Все началось в 1988 году. Именно тогда был опубликован первый рассказ Сергея Лукьяненко – "За лесом, где подлый враг". Затем последовали "Атомный сон", "Л – значит люди", "Именем Земли", и другие рассказы. Уже тогда, в самом начале своей литературной карьеры, Сергей четко обозначил свою антивоенную позицию. Он ненавидит войну. Он ненавидит красивые лозунги, за которыми она умеет прятаться (смотри "Именем Земли"). О, грязь и кровь хорошо научились прятаться за красивыми словами. Но, впрочем, сейчас не об этом.

Антивоенная направленность четко прослеживается и в первом романе, принесшем Сергею славу – "Рыцари сорока островов". В этой своей вещи Сергей довел само понятие войны до логического конца, т.е. до абсурда. В самом деле, что может быть абсурднее, чем дать маленькому мальчику стальной меч вместо деревянной палки? Он же сам себя порежет! Но как страшен этот абсурд... Я не хотел бы оказаться в мире сорока островов. Это очень страшно – жить среди детей, которые уже не дети, но взрослые. Жить среди детей, которые умеют убивать не понарошку, а всерьез, детей, которые научились лгать и предавать. И ведь пришельцы не случайно выбрали детей для своего эксперимента. Не поленюсь лишний раз повторить банальную истину – дети всего лишь отражение взрослого общества. И нечего на зеркало пенять, коли рожа крива. Это наш мир взрослых настолько абсурден и жесток, что дети Островов принимают состояние войны как естественное, как очевидную данность. Мы, взрослые, другую модель общества построить пока просто не в состоянии. Кстати, интересно, что в гораздо более поздней вещи – в "Лабиринте отражений" – Неудачник, представитель иного разума, тоже выбирает в качестве модели нашего общества Лабиринт, который, по сути, есть бесконечная война всех против всех. Пожалуй, в "Сорока островах" антивоенная тематика выражена наиболее четко – в этом плане Сергей достигает в данном романе своеобразного пика.

Другая ведущая тема "Рыцарей" – тема взросления. На Островах подростки познают цену настоящей дружбы и предательства, учатся жить в обществе и принимать решения за других, узнают первую любовь… Очень характерен в этом плане психологический портрет главного героя – Димы, который, я считаю, вообще является большой удачей в творчестве Сергея. На Острова попадает подросток, еще не задумывающийся о дружбе и предательстве, о любви и ненависти, о жизни и смерти. Но на Островах быстро взрослеют. В романе прекрасно показана духовная эволюция Димы – от беззаботного ребенка до командира Островов, познавшего цену жизни и смерти. Ни в одном другом романе Лукьяненко взросление, изменение личности не показано так достоверно и убедительно. Именно тонкий психологизм книги, наряду с отличным стилем, местами переходящим в настоящую поэзию в прозе, обеспечил, на мой взгляд, такую любовь читателей к этой книге.

Честно говоря, после "Сорока островов" и ряда последующих вещей (например, "Мальчик и тьма") у меня сложилось мнение, что Сергей окончательно выбрал свою творческую линию. Что мы получили еще одного последователя (или подражателя?) Владислава Крапивина. Но Сергей умеет удивлять. И он удивил. Да еще как! Он подарил нам Кея Дача.

 

 

Линия Грез – Императоры Иллюзий

 

О "Линии Грез" и "Императорах" можно говорить долго и с удовольствием. Начну хотя бы с того, что, по моему мнению, это первый в нашей фантастике настоящий космический боевик – жанр, которого в отечественной фантастике мучительно недоставало. "Сезон туманов" Евгения Гуляковского все-таки считать 100% боевиком нельзя (при всем моем огромном уважении к этому роману и его автору). Не стану скрывать – меня заворожило динамичное, захватывающее действие, крепко сколоченный сюжет, яркие описания перестрелок, драк, космические интриги. И, завороженный всем этим, я, при первом чтении романа, совсем упустил ту интереснейшую проблематику, которую Сергей, быть может, сам того не подозревая, поднял в этих двух романах.

Кей Дач – настоящий супермен... он прекрасно владеет всяческими единоборствами, отлично стреляет и водит космические корабли. И, вдобавок ко всему этому, он не связан обычными жизненными рамками. Автор не случайно сделал Кея сиротой – у него нет семьи и он ни к кому ни привязан любовью и благодарностью – цепями, крепче которых не бывает. У Кея нет особых финансовых ограничений – во всяком случае, он достаточно богат, чтобы постоянно продлевать аТан, что, как известно, очень недешево. Он не связан одним определенным местом службы или жительства. Чувствуете? Получается портрет в духе сверхчеловека Ницше – сильного и свободного.

Кей Дач, как и положено сверхчеловеку Ницше, не умеет любить. Он не умеет любить конкретных людей (ближнего своего). Но как страстно он любит человечество (дальнего своего)! И подобная любовь полностью соответствует философии Ницше – "возлюби дальнего своего". Но посмотрите, как меняется Кей со временем… Я думаю, главный смысл "Линии грез" – в том, что Кей Дач учится любить. Он учится любить маленького мальчика, чьей судьбой стали смерть и боль. Эта наука дается ему очень непросто. Но разве любить когда-нибудь было легко? Вот и отношения Кея с Артуром ван Кертисом складываются ой как сложно. Да и как они могут быть простыми. Ведь Артур – не просто беззащитный мальчик. Его отец – “странный бог Империи Людей, получивший право карать и миловать, убивать и возвращать жизнь” (“Линия Грез”). Но в этом контексте Артур – Сын Божий. А то, что он умирает и воскресает, ничего Вам не напоминает? Кертис ван Кертис вновь и вновь отправляет его на смерть ради того, чтобы он принес в мир новую истину – Линию Грез, которая, кстати, является своеобразным аналогом Спасения. Пройдя Линией Грез, каждый человек обретает исполнение своих самых заветных (Настоящих, если использовать язык “Мальчика и Тьмы”) желаний, обретает мир, соответствующий его мечтам. Однако, насколько страшен может быть подобный мир?

В известной евангельской притче говорится “судите дерево по подам его... дерево доброе приносит и плоды добрые”. Каким будет плод, принесенный Артуром? Ведь этот мальчик, хоть и учит другого человека любить, сам не знает, что такое любовь... он знает только смерть и боль. Какую истину он принесет людям? Здесь напрашивается ассоциация с Кириллом Корсаковым из "Визитов". Кирилл – ребенок, познавший страх и смерть. Каким будет мир его мечты, если победит его Визитер? Я не могу представить. И не хочу. И еще одна ассоциация – принц Маркус. Принц, познавший страх преследования и нелюбовь родного отца. Принц, никогда не знавший материнской любви… Каким станет мир Берегов после победы Маркуса? Я даже боюсь об этом думать.

Кей встает перед своеобразным этическим тупиком – нельзя вечному мальчику встречаться с Богом... мальчик, по определению, еще недостаточно взрослый для подобной встречи. Но и убить того, кого любишь, рука не поднимается… Слава Богу, Сергей нашел выход из своеобразного этического тупика, созданного им в "Линии Грез". В "Императорах" Артур уже не вечный мальчик (своеобразный, очень лукьяненковский Питер Пэн). Он вырос, повзрослел. И, как выяснилось, – он тоже научился у Кея – научился тому же самому, чему учил его – Любви. Для меня “Императоры” – это пронзительная, щемящая история одиночества. Кто может быть более одинок, чем сирота? Только сын Бога. Характерно, что внешне и Кей, и Артур в этой книжке уже не так одиноки. У Кея есть Томми, у Артура – Маржан. Но это - только внешне. И встреча двух одиночеств (да простят мне читатели банальную фразу) рождает Любовь. И пусть Кей в конце концов не увидел Бога. Кей уже нашел Его, когда полюбил.

Ну, а теперь, уделив столько внимания ЛГ-ИИ, я могу со спокойной душой перейти к следующему рецензируемому роману – "Осенние Визиты"

Осенние Визиты

 

Даже писать о Визитах – и то тяжело. Интересно, каково же было писать Визиты самому... Но начнем. Итак, осень 199х года. Место действия – Москва. Их шестеро – самых обычных, заурядных людей. Людей, вдруг обретающих сверхчеловеческие силы и возможности . Целый мир может измениться по желанию любого из них... Но при всем этом они остались обычными людьми. Они не обрели сверхчеловеческой мудрости, милосердия и любви. Наоборот, каждый из них использует свои непредставимые возможности для утоления человеческих желаний. Естественно, что из всего этого получается грандиозная мясорубка... с десятками убитых в метро, с охранниками, убиваемыми без счета. И, что самое страшное, по-другому быть не могло. Автор сам пишет об этом. Визитеры приходили на Землю уже десятки раз. И каждый их приход оканчивался кровавой бойней. На мой взгляд, именно в этом заключается одна из основных идей романа – показать, что произойдет, если дать обычным людям необычные силы и возможности. Убивство получается. Мы, люди, еще недостаточно взрослые, чтобы распоряжаться такими силами. Дайте маленькому мальчику ядерную кнопку…

Что самое главное – никто из героев романа не есть зловещий маньяк со злобной рожей... даже Корректор не убивает без необходимости. Каждый из них вызывает теплые эмоции – нельзя не посочувствовать старому умирающему ученому, невозможно не пожалеть маленького мальчика, у которого убили маму. К каждому из героев относишься как к живому, близкому тебе человеку – в том числе и к Корректору с его понятными, я думаю, каждому мужчине, сексуальными проблемами. Тем охотнее веришь в закономерность кровавого финала их встречи. Выше я уже писал, что состояние войны всех против всех – естественное для человечества. И эти шестеро – типичные представители homo sapiens.

Другая главная тема романа – возможность исполнения любых, самых заветных, желаний. Эта тема вообще характерна для Сергея. Тут можно вспомнить и Линию Грез из одноименного романа, и Врата из "Звездной тени", и свободу Темных Иных… Этот ряд можно продолжать. Сергей вновь и вновь задается вопросом – что будет, если дать обычному человеку нечеловеческие возможности? В "Визитах... писатель четко отвечает на поставленный вопрос. Но тем не менее он продолжает искать ответ. Вот за это я и люблю творчество Сергея – он не стоит на месте, не удовлетворяется раз и навсегда одним-единственным ответом. Он не принимает никаких аксиом. И заставляет читателя думать, искать ответ вместе с ним. Действительно, любая книжка Сергея – "вызов каждому, умеющему читать". В этом смысле фантастика Сергея очень интеллектуальна. Визиты – блестящее тому подтверждение. Эта книга дает гораздо больше вопросов, чем ответов – характерный признак Литературы с большой буквы.

Дневной Дозор

"Дневной Дозор"… Одна из лучших, на мой взгляд, книг Лукьяненко. Книга о том, как тонка грань между Добром и Злом, между Светом и Тьмой, особенно если Свет начинает пользоваться методами Тьмы. О том, как противно Добро, которое с кулаками. О том, что нет абсолютной истины – правы и Темные, и Светлые. И как трудно пройти между двумя правдами (вспоминается нить над пропастью из кошмара дайвера Лени). Но пройти нужно – чтобы прийти к Храму (кстати, случаен ли этот образ в "Фальшивых зеркалах" – нить над пропастью, ведущая к Храму?). Антон Городецкий мучительно ищет этот путь – через сомнения, через неуверенность. Светлые Иные – вовсе не роботы, которые раз и навсегда познали правильный ответ на все вопросы... даже выбор в Сумраке и сверхчеловеческие способности Иного не дают ответа на человеческие вопросы. Это – банальная идея, но менее верной от ее повторения она не становится. Никакие сверхвозможности (Иного, или людена, что с человеческой точки зрения одно и то же) не могут дать ответа на человеческие вопросы. И, что интересно, эти возможности не могут дать ответа и на вопросы Иного. Как Антон Городецкий все время умудряется вставлять палки в колеса Завулону (все-таки не побеждать... только мешать и расстраивать планы)? Не за счет своих возможностей мага. По сравнению с силами Завулона возможности Антона равны нулю, и с точки зрения шефа Темных Москвы нет разницы между Антоном и обычным человеком. Антон расстраивает планы Завулона благодаря своему уму – обычному человеческому уму. И это, на мой взгляд, очень важный и неожиданный момент романа. Обычный человек, достаточно умный и дальновидный, может противостоять Иному вне категорий (супермену по определению). Вообще, Антон Городецкий гораздо ближе мне, простому читателю и обычному человеку, чем, допустим, тот же Кей Дач или Лорд Серж с планеты Земля. Конечно, Антон тоже обладает сверхчеловеческими возможностями, вот только в его мире эти возможности ничего не значат. Как это похоже на ситуацию любого из нас в реальном мире! Антон бессилен перед двумя системами – Ночным и Дневным Дозорами, так же как и любой из нас бессилен перед Системой – Государством. Любовь Антона несчастлива по определению, и он ничего не может поделать с этим. И это тоже знакомо, знакомо до боли.

Очень остро Сергей ставит в романе вопрос об ответственности. Ответственности за свои поступки. Один из основных постулатов Светлых Иных гласит... каждое действие, каким бы однозначно добрым оно не казалось, вызывает ответное противодействие – равное по силе, – поэтому подумай перед совершением поступка, взвесь все последствия еще раз. Опять же, как это напоминает реальный мир! “Семь раз отмерь, один раз отрежь”, “благими намерениями вымощена дорога в ад”, и т.д. Наши страны ( я имею в виду страны СНГ) на собственном опыте познали страшную цену решений людей, стремившихся совершать добро, но не подумавших о последствиях. Не навязывай свое Добро, Добро, как ты его понимаешь, другим. Кстати, та же мысль рефреном проходит через “Звезды-холодные игрушки”. Геометры навязывают Добро – в первую очередь своим собственным детям, ну и другим цивилизациям в придачу. И чем же закончилось “навязывание Добра по-геометрски”? Позорным бегством через всю Галактику. Такова судьба всех насильственных изменений мира к лучшему. Вспомните конец “Дневного Дозора” – лучшая политика, которую находит Антон, – это политика невмешательства. И Завулон, насколько я понял из “Дневного Дозора”, воспринял это решение Антона как досадную неудачу. У него явно были другие планы.

Немножко о Лабиринте Отражений

 

“Лабиринт отражений” – самая популярная книга среди сетевиков. Это единственная известная мне в современной пост-советской литературе серьезная попытка осмысления феномена Сети, и отношений, складывающихся между людьми в Инете. Но обо всем этом уже много раз говорилось, в том числе и на этой странице. Я хотел бы коснуться другой стороны этой проблемы. Глубина – это не только Инет. Это еще и оригинальный символ фантастики. Фантастика появилась раньше Сети. И не один человек в ней утонул. Фэны знают, о чем я говорю. Все мы знаем ребят, всерьез таскающих деревянные мечи и руны, потому что им угрожает Мордор и Саурон. Как признал Сергей в одном из своих интервью, он встречал людей, утверждавших, что они побывали на Сорока Островах, что туда можно пройти через Меридиан, – и они не шутили. Талантливая фантастика затягивает не хуже дип-программы – знаю по себе. И Сергей в своей книге настойчиво повторяет... это только отражения, это только зеркала. А в последующем романе он даже добавляет – это фальшивые зеркала. Помимо фантастики, есть реальность, есть жизнь. Да, Сергей, я согласен – фантастика, как и искусство вообще, – это только зеркало, отражение. Но это не фальшивое зеркало. Оно правдиво, – и ты, Сергей, сам постоянно доказываешь это своим творчеством. Ведь все, что ты пишешь, – о нас. О людях. Одиночество Кея Дача и Артура – это наше одиночество, одиночество, с которым мы сталкиваемся ежедневно. Героизм и предательство Сорока Островов – это наши героизм и предательство. Невозможность понять, кто прав, кто виноват в вечной борьбе Света и Тьмы – это не об Иных, это о нас. И не бойся, Сергей, – уносясь сквозь Врата фантастики в иные миры, мы всегда возвращаемся. Потому что мы помним о нашей любви и нашей дружбе – здесь – на планете Земля. Этому нас научили Толкиен, Шекли, Стругацкие, Желязны, Бредбери, Саймак, ле Гуин. И этим делишься с нами ты – Сергей Лукьяненко.

 

P.S. То, что я называю твое имя в одной строчке с именами Мастеров, еще не значит, что я ставлю твое творчество вровень с ними. Пока еще – нет.

 

 

Поиск на сайте
Русская фантастика => Писатели => Сергей Лукьяненко => Творчество => Конкурсы => 2000 год. Конкурс рецензий => Сержан Нургожин
[Карта страницы] [Новости] [Об авторе] [Библиография] [Творчество] [Тексты] [Критика] [Рисунки] [Музыка] [F.A.Q.] [Конкурсы] [Фанфики] [Купить книгу] [Фотоальбом] [Интервью] [Разное] [Объявления] [Колонка редактора] [Клуб читателей] [Поиск на сайте]


© Составление, дизайн Константин Гришин.
© Дизайн, графическое оформление Владимир Савватеев, 2002 г.
© "Русская Фантастика". Редактор сервера Дмитрий Ватолин.
Редактор страницы Константин Гришин. Подготовка материалов - Коллектив.
Использование материалов страницы без согласования с авторами и/или редакцией запрещается.